После окончания битвы под Полтавской, возник один из невыясненных до сих пор вопросов: куда пропала золотая карета? Попытки проследить маршрут отступления шведской армии предпринимались в середине – конце XIX в. В.К. Лагусом [6] и Д.И. Яворницким [7]. Об этих событиях упоминали Н.И. Костомаров [8, с. 409–734], Д.Н. Бантыш-Каменский [9] и Ф.М. Уманец [10], опираясь в основном на сведения Г. Нордберга и Г. Адлерфельда. Небольшие фрагменты дневников шведских солдат включены в работы С. Томашевского [11, с. 66–92] и В.Е. Шутоя [12; 13, с. 93–111], но тематика их работ не предполагала анализа ситуации в шведском лагере после полтавского поражения. Когда поражение шведов стало очевидным, в шведском лагере возникло беспокойство за судьбу короля: на завершающем этапе сражения Карл XII находился на правом фланге своей армии, где шли самые ожесточенные бои. Со слов лейтенанта Ф. Вейе, «когда на месте боя развеялись порох и дым, стало видно, что король со своим маленьким отрядом – один из последних, остававшихся на поле». Ст. Понятовский, находившийся все это время при Карле XII, сообщает численность отряда – 60 драбантов, к которым затем присоединился эскадрон полковника Горна. Р. Петре отмечает, что отступление происходило двумя потоками: через Будищинский лес и редуты противника [17, с. 269].
Ф. Вейе рассказывает как Карл, едва успев сесть на коня, скрылся от солдат Петра по ту сторону леса, где собрались остатки шведской пехоты и конницы. Они-то и провели его к шведскому обозу. По пути следования Ст. Понятовский присоединял к королевскому конвою группы солдат, оставшихся без командиров [19, с. 42] .
У Ст. Понятовского находим информацию о совете, где решался вопрос о маршруте отступления. Рассматривались три варианта, но только два из них к тому времени были осуществимы – уходить в Крым либо в Турцию. На бегстве в турецкие владения настаивал И. Мазепа: этот путь занимал всего лишь четыре дня, а из Турции можно было поддерживать связь с королем Польши Лещинским и корпусом Красау.
Д. Крман восхищается самообладанием короля, позволившим ему трезво оценить ситуацию и прибегнуть к хитрости: к Петра Первому с предложением начать переговоры был послан генерал-майор Мейерфельд, но исключительно для того, чтобы выиграть время [3, с. 97].
По совету Левенгаупта часть повозок на следующей же стоянке была сожжены, а имущество, в первую очередь имущество погибших, было брошено.
Вынужденная бежать с поля боя шведская армия спешила к устью Ворсклы, туда, где река впадает в Днепр, к переправе, не зная, что Петр Первый уже послал туда отряд, дабы её разрушить. Если верить Ст. Понятовскому, этот путь был выбран Мазепой [19, с. 38].
В дневнике Г. Адлерфельда находим сведения о предоставлении кареты раненному Карлу XII бароном фон Силтманом. Его попутчиком назван И. Мазепа.
Преследуемые конницей Меншикова Карл XII с Мазепой, бегут впереди шведского войска, на карете, заимствованной у своих генералов.
Оторвавшись от погони, с небольшим отрядом, им удается переправится через Днепр и степью уйти к Очакову и Бендерам, на территорию Османской империи.
Загнанная в стрелку рек Ворскла и Днепр, под Переволочной, шведская армия, оставленная главнокомандующим, блокируется отрядами Пера и капитулирует.
Плененные генералы шведской армии все как один утверждали, что золотая карета якобы отправилась с отступающей в ночи армией и исчезла в неизвестном им направлении. Петр Первый, предполагая, что карету далеко увезти не удалось, так как на переправе в Переволочне она замечена не была, немедленно организует поиск, разослав по всей Губернии множество отрядов, дабы опросить возможных очевидцев и найти, хотя-бы её след.
Итак, маршрут отступающей армии Карла 12 проходил вдоль реки Ворскла, протекающей поперек Ромодановского шляху, через которую чумаки-торговцы, возившие соль с Крыма, переправлялись на другой берег, по воде вброд. Особенность реки в том, что глубина брода год от года меняется и там, где раньше удавалось без большого труда преодолевать реку – без потерь не обойтись. Переправившись через реку, чумаки с горестью смотрели на свой товар, как стеклянные, соляные капли стекают с намокших на возу мешков с солью, и как всё сливается в едином потоке реки. С досадой и упреками они обзывали реку вор стекла (вор того, что стекало). Те, кто не хотел идти прямым путем, через переправы, обходили реку, уходя в сторону к ее верховью.
Вниз по течению, от Полтавы до устья, на этом протяжении река Ворскла имела восемь переправ:
1. Светлогорская, при Днепровская, переправа первая, недалеко от переправы через Днепр - Переволочная;
2. Сокол-Перегоновская у змеиных холмов вторая от устья Днепра; Преследовавшие отряды, которые буквально шли по пятам убегающего Карла 12 и Мазепы, оторвавшихся с небольшим отрядом вперед, от своего войска, уже отмечали, что Карл 12 уходит на карете своих генералов, и другой они не наблюдали. Маловероятно, что карета была переправлена здесь, через Светлогорскую, или Сокол-Перегоновскую переправы.
3. Лещиновская переправа, третья от устья Днепра;
4. Кобеляцкая переправа, четвертая от устья Днепра;
5. Бильская переправа, пятая от устья Днепра; Кобеляцкая, Бильская, Лещиновская??? Задача, по видимому, ставилась уж если и отдать золотую карету как трофей в руки противника, то хотя бы ей отвлечь преследователей от маршрута отступления главнокомандующего, а не тащить ее за собой привлекая внимание.
6. Зачепиловская переправа, шестая от устья Днепра;
7. Санжаровская переправа, седьмая от устья Днепра;
8. Через Полтавскую переправу, восьмая от устья Днепра, карета пройти не могла, так как переправа была занята войсками Петра Первого.
Через Санжаровскую и Зачепиловскую? Но здесь могла возникнуть проблема. Казацкие села, уже к вечеру, были оповещены об исходе Полтавской битвы, а пройти этот маршрут, обходя села, не представляется возможным, местность болотистая, лесистая, далее сплошные сыпучие песчаные сопки и только затем вольные степи и Богдановская дорога. Вот и есть вариант, что отряд, сопровождающий Золотую карету, отклонился от дороги, дабы обойти казацкие села и, не зная местности, увяз в сыпучих песках, или карета сломалась. Ее разобрали и схоронили, зарыв в песок.
Или же эта Великая Река взяла дань со шведов, отобрав у полководца их королевский транспорт, в назидание потомкам, чтобы не с мечом, а со смирением они приходили на земли христиан Православной Церкви.
Упёрлись в камень 34.55
В одном из павильонов Эрмитажа представлены золотые и серебряные экспонаты, якобы клада, принадлежавшего некоему Кубрату, найденного возле с. М Перещепина на Полтавщине. Якобы еще до революции семнадцатого года, на околице села два пастушка пасли коров и нашли клад, часть которого была похищена, а все, что от него осталось, хранится в Эрмитаже. С этим местом связывают этот предмет, якобы обнаруженный здесь в составе скарба, хранящегося в Эрмитаже Санкт Петербурга.
Эту легенду рассказывают не только посетителям музея, но о ней уже написано немало статей и книг. И вот в двух тысячные годы возле с. М. Перещепина появился мемориал некоему Кубрату, на месте, где якобы был найден клад. С тех пор, то место стало знаменитым. Туда приезжают экскурсии. На это место регулярно приезжают Болгары, где организовывают разнообразные культурные мероприятия, проводят музыкальные фестивали.
5 апреля 2021г. стало известно, что в с. М.Перещепина на Полтавщине неизвестные повредили мемориальный комплекс, совершив подкоп бетонного основания комплекса, в результате чего памятная стела упала.
МИД Болгарии осуждает осквернение мемориального комплекса в Полтавской области. Об этом говорится в заявлении на сайте МИД страны, передает УНН.
Министерство иностранных дел Украины в свою очередь заявило, что решительно осуждает акт вандализма в отношении мемориального знака. Украина всегда находится на рубеже нестабильности. Доже камень, покоя не имеет в тех местах.
До революции 17г. в селе Малая Перещепина было две школы, одна из которых еврейская. В селе жили казаки — крестьяне и евреи — ремесленники, лавочники, аптекари, мельники (владеть землей по законам царского времени евреям не разрешалось). Евреи, по-видимому, появились в М. Перещепине после раздела Польши (1775 г.). Полтавская губерния входила в так называемую черту оседлости, существовавшую в Российской империи вплоть до 1916 г.
Возле села проходит железная дорога соединяющая Полтаву и Кременчуг. Станция «Малая Перещепинская» построена в 1870 г. В селе было два храма Православной Церкви, один из которых в советские годы разобрали, а второй подожгли активисты. После ВОВ верующие возвели в селе храм, в другом месте. В центре села стояло два памятника, один Ленину, который в семидесятые годы мужики ночью подцепили тросом к трактору и уволокли в лес, где его расколотили на куски и захоронили в месте, где в далекие времена проходила канава оборонительных сооружений Великого всем известгого Града. А второй памятник Энгельсу, который стоял рядом с Лениным, в двухтысячные годы увезли в США. Была еще старинная пятиэтажная кирпичная мельница, которую взорвали в лихие девяностые, по приказу из центра.
Но уникальность этого места не в золоте и памятниках, а в каменной дороге, которая проходит через это село из Санжар, и далее тянется на десятки километров по степям, через хутора и села, Красное, Дудкин Гай, в Нехворощу. Представляете, среди обширных черноземных степей (полей), через хутора и села, на многие километры в разные стороны, каменные дороги, как на Красной площади в Москве.
Может быть эти дороги из того камня, из которого раньше были там фортификационные сооружения, разобранные в XIX веке н.э.? С порогов Великой Реки взяты камни, которыми вымощены дороги и по сей день, в районе, где Нехвороща, Малая Нехвороща, Дудкин Гай, ведущие туда, где происходили масштабные события, которые запечатлены в книге Исуса Навина.
Села Кущи, Кущiвка, Кущовое, Кущеватая гора, как ориентиры Маячки, среди бескрайних Вольных степей и полей, и Гай c тополями у хаты, где Ели КУлич. Местность неровная, Крутые Балки и потому Кущи уходили из поля зрения, и появлялись, когда путники подымались на возвышенность, или выходили на Пологую равнину, и Кущи вновь, нужно было взором, как бы ловить — Кустоловы, дабы не сбиться с курса и выйти в Богом данную землю — Богдановку.
Местность Галгал, где Гай, Иерихон, Вифлеем, и город, который находился на расстоянии трех дней пути, пешим шагом, от этих городов, что в среднем где-то сто километров — Гаваон 50.090978N, 34.634775E.
В семидесятые годы прошлого столетия в тех местах появилась некая экспедиция, под видом геологов, с бурильной установкой, которая бурила скважины и отбирала пробы песка. Что же они искали в тех местах? Особое внимание ученые уделяли пробам отобранным, нет, не с того места, где этот мемориал некоему Кубрату, а с места, которое от него где-то в километре, по меридиану 34.55 к Югу, с так называемой Золотой Горы, или Желтой Горы. Было предание, что эта Гора искусственного происхождения и в старину была насыпана вручную. Когда Ханаанские земли подверглись нападению Навуходоносора, на этом месте стояло глиняное сооружение, возможно храм. Из-за боязни, что захватническая армия его разрушит жители этих мест спрятали храм в насыпанном вручную холме.
Возможно праздник, еще в советские годы ежегодно отмечаемый в этих местах летом, когда насыпали горку, из желтого песка, которую украшали цветами, пришедший из глубины веков и был посвящен этому событию.